Бой в кишлаке Бала-Дех

 

Окрестности кишлака Кокаран, 17 апреля 1987, начало...

 

Перед десантно-штурмовым батальоном была поставлена задача - обеспечить прикрытие инженерно-саперной техники, работающей на данном участке, со стороны зеленой зоны в русле реки Аргандаб от нападения "духов".
А если проще - на данном участке бабаи слишком часто стали обстреливать колонны м жечь технику и было решено срыть прилегающие к дороге виноградники к черту, а из сожженой техники выложить некое подобие стены.
Место было очень неспокойное, как впрочем и вся кандагарская зеленая зона.
Нашему батальону это место уже было знакомо, ведь именно здесь в 1984 году первая рота нашего батальона в результате сильного боя потеряла убитыми около 7 человек, было также много раненых.
Но такие мысли, как правило, крутятся в голове лишь загодя, на месте же, непосредственно перед началом движения группы остается только одна мысль - внимание, внимание и только внимание!
Что там справа? А слева?
И при этом не забывать огромное количество противопехотных мин и поэтому внимательно смотреть под ноги, идти точно след в след.
Справа вспыхнула короткая ожесточенная перестрелка, ухнул гранатомет...
Началось?
Но стрельба так же быстро затихла, как и началась...
Выяснилось, что головной дозор первой роты наткнулся на двух "духов", застал их врасплох и уничтожил. Не ожидали они, видимо, увидеть нас в этом месте.
Наконец-то виноградники закончились, сады стали редеть и мы увидели реку Аргандб.
Все, мы на задаче!
- Первая группа - вправо! Рассредоточиться, занять оборону и начать обустраивать позиции! Вперед! - распорядился ротный.
Остаток дня и ночь прошли спокойно, без проишествий и обстрелов.
18 апреля день как день начался, ничего особенного. Все было относительно тихо, духи иногда постреливали, пару раз из гранатомета, но это так.. Можно сказать, для острастки, чтобы мы не расслаблялись, мы так же лениво им отвечали.

gorin-bala_deh_02С поста "элеватор" по противоположному берегу Аргандаб и зеленке за ним начала стрелять наша артиллерия. Они делали это периодически и до этого, вели так называемый "беспокоящий" огонь.
Противоположный берег реки - это напротив метров 300.
В фруктовых садах на противоположном берегу раздалось несколько разрывов, и вдруг два снаряда разрываются метров в 100 перед нашими позициями.
В принципе это особенно не удивило, такие вещи иногда случались.
Посмотрел на своих соседей справа-слева, все занимаются своими делами, все нормально, все живы-здоровы. А левее, на позициях, занятых группой ротного, вдруг слышится шум, суета, чьи-то крики. Что случилось?  
- Боброва ранило осколком снаряда! 
- Так вроде же далековато упали!
- Ну вот как-то угораздило его!
Как оказалось, во время этой самой огневой поддержки Бобров стоял, опершись локтями на дувал и смотрел в зеленку, артиллерийский снаряд разорвался прямо перед ним метрах в ста, и его осколок попал ему прямо в лоб.
Такое ранение само по себе уже было критическое, но Нефляшев, замполит роты, еще и промедол ему вколол, что недопустимо при ранении в голову!
"Бобра" быстро уложили на носилки, загрузили на БМП и немедленно отправили в госпиталь, но успели довезти только до поста "ГСМ", где он и умер.
Справедливости ради, он бы умер, как мне кажется, и без помощи замполита, ведь осколок пробил даже лобную кость.
Каждый год, что ни апрель, то потери!
19 апреля рано утром поступила команда - снимаемся!
- А куда идем - обратно в бригаду или будет новая задача? - спрашиваю командира.
- Точно не знаю, вроде бы пойдем в зеленку в районе Черной площади, точную задачу получим на "ГСМ", там сейчас располагается полевой штаб. Все готовы?
Гребенец, проверь! Все, вперед! - скомандовал командир группы Сизов.
Обратно на бетонку мы возвращались абсолютно по другой местности.
Саперы поработали на славу, от виноградников, из которых духи постоянно обстреливали проходящие колонны, не осталось и следа, их разровняли буквально "под ноль", хоть в футбол играй!
И стену из сожженого металлолома какую отгрохали!

Заброшенный кишлак напротив ГСМ.

На посту "ГСМ", где расположился штаб батальона, рота получила задачу выдвинуться непосредственно от поста данного в зеленую зону, захватить разрушенный кишлак и занять в нем оборону.
Слева, в трехстах метрах от места нашего захода в зеленую зону, находился пост "Гундиган", обороняемый мотострелковой ротой, справа виднелась афганская тюрьма.
Мы совершенно не представляли, в какой ад мы попадем.
Рота находилась под шквальным огнем практически весь световой день, дотемна десантники вели тяжелейший бой с врагом, находящемся на своей территории, знавшем каждую ямку и малейшее укрытие.
От находящегося в крови адреналина кровь просто кипела, и бояться тогда было просто некогда.
Все бывшие там никогда не забудут этот бой за небольшой полуразрушенный кишлак, находящийся прямо напротив поста "ГСМ", в 200 метров от дороги, которую без сомнения и всяких преувеличений можно назвать главной "артерией", связывающей СССР и расположение 70 ОМСБр.
Мы и не представляли тогда, что всего через несколько часов произойдет один из тяжелейших боев в истории десантно-штурмового батальона 70 бригады, который, несомненно, войдет в историю батальона, и плохо себе представляли, с чем столкнемся.
Поначалу казалось, что все пройдет гладко.
Заходя в это место, разумеется, большинство понимало, что мы вторгаемся на территорию, которую контролировали душманы вот уже не один год, практически с самого ввода войск в наших 1980 году.
Изначально предполагалось, что будет всего лишь банальная "проческа", что душманы, возможно, несколько раз обстреляют нас, и как они обычно поступали, отступят, но все пошло не так.
Группа под командованием старшего лейтенанта Сизова заходила первой.
Вот пошел дозор и сапер, следом двинулась основная группа.
Слева от тропы протекал арык, справа был густой фруктовый сад.
Все были очень напряжены, слышно лишь сопение идущих да потрескивание радиостанции. Зелень местами стояла сплошной стеной, апрель ведь для Афганистана - это что глубокое лето для средней полосы России.
И вот из зелени как будто из ниоткуда появился тот самый нужный нам кишлак.
Перед высокой, не менее четырех метров стены его первого дома тропа далее поворачивала вправо.
- Первая группа, слушай меня внимательно! Это наша задача! Всем быть очень внимательными, проверить каждый закуток! Когда будете проверять помещения, не забывайте про возможные растяжки! Здесь очень много мин.
Олег Гребенец (на тот момент замком пулеметного взвода и зам.командира группы), берешь двоих, проверить дворы там! Горин, ты с двумя там! Проверить все! Что-то больно слишком тихо для этого места!
Мимо нас, двигаясь далее в глубь кишлака, прошли сначала группа под командованием командира 3 дшр Афанасьева, затем группа под командованием старшего лейтенанта Пилькевича. Все было тихо и спокойно. Предполагая перед входом сюда, насколько это было "исключительно духовское"место, они ведь в этой части Кандагара практически ни одной колонны без обстрелов не пропускали, да и посты постоянно именно отсюда обстреливали, вся эта тишина больше даже напрягала, чем успокаивала.
Группа старшего лейтенанта Сизова рассредоточилась, пулеметчики заняли позиции на крышах, остальные досматривали дома и дворы.
То, что я увидел, лишь лишний раз меня убедило в том, почему так трудно выбивать "духов" из такого рода мест...
Узкая дыра в полу на входе в дом уходит глубоко под землю, куда-то под основание дома, на полу лежат бревна, доски и стальные листы с разбитой бронетехники, все это присыпано землей высотой примерно до половины комнаты - получается мощнейший блиндаж с перекрытием в два метра земли в комнатах, а ведь же еще есть и крыша дома. Только прямым попаданием авиабомбы "клиента" можно было достать в таком убежище, да и то, наверное, не каждой.
Ни у кого из нас не хватило смелости залезть в подобный лаз, и это к лучшему...
Как потом выяснилось, "крысы " сидели в норах, и любой из нас, кто осмелился бы залезть в подобный лаз, уверен, был бы зарезан на месте.
То там, то здесь гремели глухие разрывы гранат в этих "крысиных" норах.
И тут я допустил очень большую грубую ошибку, едва не стоившую впоследствии мне жизни - в азарте я израсходовал все свои ручные гранаты, проверяя эти чертовы норы. Сам не понимаю, что на меня нашло и как я такое допустил!
Никогда ведь до этого все полностью гранаты не тратил, одну то как минимум всегда оставлял на случай какого случая...
А здесь после такого неожиданно спокойного захода то ли расслабился и подумал, что все обошлось и духи просто решили отступить и ничего уже не будет.
В общем, как в поговорке "дураков жизнь учит".
Мне кажется, что хоть и кидали мы гранаты по норам, те духи, кто там прятался, уцелели. А то, что там кто-то прятался, это несомненно, с их то опытом земляной войны, слишком много их появилось позднее как будто ниоткуда одновременно. Прошло уже часа три, вторая и третьи группы нашнй 3 роты закрепились на определенных им по боевой задаче местах. Тишина расслабляла, в роте наступило некое самоуспокоение.
Все началось, как ни звучит это банально, внезапно...На дальней от нас окраине кишлака, где находилась третья группа старшего лейтенанта Пилькевича, раздается несколько автоматных очередей, перемежаемых одиночными выстрелами.
Мы услышыли сухой треск выстрелов из АКМ, взрыв гранаты из гранатомета! - Наши что ли стреляют? - спросил кто-то.
- Очереди то наши, а одиночные - духовский АКМ.
Любой, кто прослужил в Афгане два-три месяца и регулярно ходил на боевые, мог различать звуки выстрелов наgorin-bala_deh_01 слух. У нашего АКС 5.45 звук выстрела был глуховат, а духовских АКМ 7.62 звук был резче и суше.. Стрельба сначала затихла, затем стала все более и более усиливаться. Вот уже ухнул гранатомет, пули начали сбивать ветки и листья над нашей головой. Да уж, вечер перестает быть томным... А все так хорошо начиналось!
- В Кандагаре, услышав такой звук, понимаешь - началось! Для нас атака из лабиринтов оказась полной неожиданностью. Из глубины "зеленки" мы ждали нападения, но не из тыла, из этих нор...
Сколько там их было - никому не известно.
Очень скоро духи были практически везде.
Все солдаты 3 дшр оказались втянуты в смертельную схватку.
Командиры групп практически сразу мобилизовали всех своих людей.
- Всем к бою! Стрелять во все, что движется!
Бой на дальней окраине кишлака не затихал ни на минуту, с нашей же стороны все было пока относительно спокойно. Основной удар приняла на себя группа старшего лейтенанта Пилькевича, она же и больше всего пострадала. Вот мимо нас пронесли первого раненого, второго, пятого.. Вот несут в плащ-палатке убитого Плужникова. Ничего себе начало боя!
- Что случилось то? - спрашиваем несущих тело.
- Да мы расположились, никого не видно, начали обустраиваться... И тут в саду перед нами появилось два духа, их быстро "завалили", и вот потом-то все началось. Бабаи полезли со всех сторон и буквально отовсюду. Глухов с перепугу упал на землю, автомат просто поднял над головой и открыл стрельбу не пойми куда. Так самое смешное то, что смотрим - а он таким образом "духа" завалил. А Плужникова из гранатомета убило... Он стрелял из пулемета из-за невысокого дувала, верхняя часть которого из переплетенных веток была, ну вот в эти ветки прямо перед ним и попала граната. Бабаи были так близко, что в них можно было попасть небольшим камнем. Сначала наша группа мало стреляла, потому-что не видела врага, а потом все изменилось, мы стали их "валить". Ладно, понесли мы его.
Плужников был первым солдатом 3 роты в 1987 году, погибшим не от подрыва мины, а в открытом бою, но к сожалению, не последний.
- А что с Рыгайловым? - спрашиваю про одного своего приятеля.
Рыгайлов впал в шоковое состояние, его рана в подбородок была ужасна.
В кишлаке все перемешалось, получился пирог многослойный. Мы - "духи", мы - снова "духи"..
Стрельба то усиливалась, то затихала.
- Опять кого то тащут! - раздался крик.
Четыре человека тащили плащ-палатку, уже выбившись из сил. Поравнявшись с нами, они роняют ее с лежавшим в ней телом и сами падают рядом!
- Пацаны, дайте закурить, для, сил уже нет тащить... Он такой тяжелый!
Я отвернул угол плащ-палатки...
- Борунов! Еще один "дембель"! А ведь что он, что Плужников уже через пару недель должны были лететь домой... Да уж, судьба!
- Из АКМ его свалили - рассказывал Ищенко - там какая-то мутная история вышла. Его не прикрыли сзади те, кто должен был это делать, и духи, подкравшись, расстреляли его в спину. То, что у вас на этом краю кишлака духи постреливают, это детский лепет по сравнению с тем, что на той стороне происходит. И ведь не поймешь, откуда лезут. Только что в этом дворе не было, через несколько минут оттуда нас уже обстреливают. Я залез на крышу дома, посмотреть что и как - ну снизу ничего не видно - а вниз бабаи уже не дают спустится. Слышу, кто босиком топает под стеной дома, а посмотреть не могу... Там деревья вплотную к стене дома растут, через листья ничего не видно, а начнешь присматриваться - сразу очередь из автомата. Потом они стали гранатами нас закидывать, две мы спихнули обратно - а потом что делать, пришлось прыгать... Хоть и высоко было, там высота второго этажа, а жить то хочется!
Уклоняясь от гранат ручных гранатометов и пуль АКМ, десантники вели бой.
Гранаты обычно бросают как? Выдергивают чеку, бросают, и через 4 секунды она взрывается.Здесь же пришлось действовать иначе - выдергиваешь чеку, выжидаешь секунды две-три и бросаешь... Только так можно было не получить гранату в ответ.
Душманы были хорошо обучены, и были готовы сражаться не на жизнь, а на смерть, и когда я это осознал, то понял, что это будет не просто рядовой бой. Они были очень хорошие бойцы.
Всего за несколько минут душманы взяли роту в "клещи" и почти "разрезали" пополам, если бы...
3 рота попала в крупную передрягу. Мы оказались в самом центре жестокого боя, и мы понятия не имели, что нас ожидает, хоть при нас был необходимый боекомплект, его оказалось мало.
Когда погиб Плужников, и появились раненые, до нас стала доходить серьезность ситуации, в которую мы попали.
2 убитых, более 10 человек были ранены, некоторым требовалась немедленная помощь.
Бой в городских условиях особенный, ты видишь противника, он видит тебя.
Уличный бой - это самый страшный вид боевых действий, ничто не сравнится с этим. Страшно становится уже потом. Стреляло и грохотало все, от автоматов до гранатометов, и все это очень давило на психику, страшно было не погибнуть, а получить увечье.
На твоих глазах человек превращается в груду окровавленного мяса в плащ-палатке.
Сколько все этот бой времени продолжался, даже не могу сказать, потерял полностью ориентацию в пространстве и времени, духи мелькали то там, то здесь, обстреливая нас из автоматов и гранатометов.
У нас под рукой не было ни танков, ни тяжелого вооружения, в таком месте никакая "броня" бы не прошла.
Мы попали под интенсивный огонь, и были скованы огнем противника, нас просто поливали автоматным огнем.
Мы были недостаточно готовы к уличным боям (нашей спецификой были в основном война в горах), мы не знали, как обнаружить и ликвидировать противника в доме. Ну если не считать закидывания противника ручными гранатами, или выстрел РПГ-22 в окно, либо выстрел "Шмеля" туда же.
После очередного такого достаточно мощного наскока командир мне говорит:
- Горин, проверь людей, все у всех нормально?
Я начал обходить группу - эти на месте, тот тоже, эти в порядке. А где Салихов и ? (не помню фамилию второго)?
Они находились на правом фланге, у тропы, по которой носили раненых и убитых, а теперь их нет.
- Ты их видел? Когда последний раз?- спрашиваю одного.
- Да вот, недавно.. Были на месте - отвечает он.
Вот это да!!
Где два бойца? Убиты? Так тел нет... Духи захватили?
Тут кто-то говорит, что вроде командир роты Афанасьев их забрал, но он точно не уверен..
Наступило затишье, командир группы мне говорит - давай, иди к ротному и узнай, там ли наши бойцы или нет (по связи он, как мне кажется, просто побоялся спрашивать, а то не дай бог услышат это на КП батальона, а там помимо других еще и замкомбрига был, и будут у него большие проблемы за то, что личный состав не контролирует, хотя по хорошему, его вины в этом не было).
Ладно.. Надо, значит надо.
Я пошел по тропе в ту часть этого долбаного кишлака, где была группа ротного. Слева была высокая стена дома, справа сад. Кишлак разделял приблизительно пополам протекающий через него небольшой арык, он протекал сразу за удерживаемым нами домом с высокой стеной.
Нервы были на пределе, каждая клетка тела обратилась в слух и зрение, за каждым кустом чудился сидящий дух. Дойдя до мостика через арык, я остановился, что-то не пускало меня вперед.
"Сейчас, сейчас - только минутку осмотрюсь, а затем двинусь дальше".
Перед мостиком справа росло большое дерево и еще правее него были развалины дома, за мостом дорога раздваивалась.
Тропа налево вела в глубь кишлака, куда мне и следовало идти, а тропа вправо уходила через кусты в заброшенный сад. Эти заросли сразу за мостиком справа были как сплошная зеленая стена, не видно было абсолютно ничего. Я постоял минуту, внимательно обсматривая эти кусты - вроде тихо.
А на душе тяжело, что-то не дает мне идти, как я сейчас понимаю, это мой ангел хранитель тащил меня за уши обратно. Но идти то надо!
Выхожу я на мостик, а ноги просто не идут вперед - и вот с того момента я точно знаю, что означает выражение - чувствовать на себе взгляд. Это не описать словами, это можно только почувствовать.
И начал я потихоньку с мостика пятится назад, думаю - стану за деревом справа, еще осмотрюсь повнимательнее, а то чего тишина какая-то подозрительная - и немного не успел. А может, как раз почти успел. В общем, с какой стороны посмотреть.
"Духи", следившие за мной из тех самых кустов справа, наверное подумали, что добыча уходит и открыли огонь из АКМ, лицо одного, который высунулся и стрелял с пояса, помню до сих пор. А если бы я не остановился и шел бы, как шел, они бы в спину меня расстреляли.
Уже падая за дерево, в полете почувствовал удал в бок, будто кто-то кулаком ударил от души. Ни боли, ничего - просто удар.
- Суки! Падлы! - орал я и стрелял как сумашедший по этим зарослям! Но что автомат! Нужны гранаты! А их то и как раз и нет, по норам этим долбаным растратил я их все!
- Дерево, спасибо тебе, как ты кстати тут растешь! Если бы не ты, кто бы меня прикрыл!
Я прекратил стрельбу, чтобы в горячке не расстрелять ко всему прочему еще и патроны. И тут я вспомнил про удар в бок... Мац, мац рукой - кровь...
Зацепил меня таки скотина бабайская, успел...
Встал в полный рост, все еще не выходя еще из-за дерева.
Тихо.. Духи либо свалили, возможно я зацепил кого-то из них, можно было только гадать, но в одиночку я не рискнул лезть в эти заросли и еще раз испытывать судьбу. Надо уходить отсюда. Постреливая короткими очередями по сторонам, я начал пятится обратно к своей группе, навстречу уже бежал Олег Гребенец - заместитель командира пулеметного взвода, из нашей первой группы..
- Что случилось?
- Духи, там за углом, за мостом справа! Слушай, посмотри, что там у меня, мне не видно, вроде этот урод зацепил немного?
Лицо Гребенца кривится в гримасе, словно он увидел змею. "Выходное" отверстие пулевого ранения в теле человека всегда больше, чем "входное" ("входное" как правило маленькая дырочка), и в моем в боку оно было достаточно приличным по размеру, размером с кулак взрослого человека, и видимо, выглядело не очень привлекательно.
Рядом с командиром группы находился какой-то полковник.
- Дайте ему укол промедола! Сколько их?
- Стреляли двое, но я видел лично только одного... Не нужно мне промедол, я нормально себя чувствую.
- Это ты сейчас нормально себя чувствуешь, в горячке, а через минут десять, когда адреналин упадет в крови, вот тогда ты почуствуешь всю боль! Отправляйте его на КП батальона!
Кто-то подставил мне свое плечо, и мы медленно побрели к выходу на бетонку. Выходим на дорогу, а слева от нас метрах в 50 стоит бабайский танк, со стороны тюрьмы (это от центра города).
"Зеленые" (прозвище афганских солдат) сидят на танке и смеются, весело гогоча, и показывая на нас пальцем.
- Обкурились, обезьяны!
А Салихова и второго бойца, как мы и предполагали, командир роты забрал в свою группу. У них же много бойцов выбыло вследствии ранений, вот он и восполнил частично потери таким вот образом.
А нас мог бы поставить в известность хотя бы.. И не наткнись я на "духов" тогда, быть бы большей беде потом. По этой тропе уносили раненых, приносили боеприпасы, и неизвестно, скольких людей "душары" могли бы подкараулить и уложить зараз, да и находясь там, около мостика, они просто рассекали роту пополам, и группы ротного и Пилькевича оказались бы в окружении.
Это был относительно небольшой кишлак, и если сложить всех вместе, раненых и убитых, "по факту" каждый дом был оплачен кровью десантников дшб.
Бой 19 апреля 1987 года на окраине города Кандагар - была одна из самых самых ужасных схваток 1987 года.
Я считаю, что самый храбрый и беспощадный боец - это обученный 19 летний десантник.

 

gorin-bala_deh
вид на место боя, кишлак Бала-Дех с горы Пири-Паймаль
 

Комментарии  

 
#3 Ромуальдас 24.12.2014 01:16
Мы салаги прилетели в Кандагар в 8 мая 87г., после карантина попали в ДШБ 3-роту. Старшие сослуживцы нам про этот бой рассказывали,де лились опытом и конечно давали п-лей если чего неврубались. Нам это в будушем очень помогло осознать всё что потребуется в дальнейшей службе в прославленном нашем ДШБ.
Я горжусь,что служил и воевал с вами ДРУЗЬЯ !
Цитировать
 
 
#2 Ахмат Шакирханов 27.04.2013 12:43
Да Олег я помню как все это было,мы механики-водители когда пришли в 3-роту в роте механиков хватало видать и мы в первое время ходили на выходы в качестве пехоты, позже как подменные в случае чего,еще позже как второй мех-вод (стажер).И мы механики-водители нашего призыва (я,Курбанов,Ток арев,Папов) получили по машине когда рота полностью укомплектовалас ь машинами и отслужили и уехали домой такие мех-водители как Кудреватых,Кузн ецов.А этот выход был еще до этого и я был в группе л-нта Сизова и мы в эту зеленку зашли и ч-з метров 50 наверное был арык которую мы пересекли вброд и намочились по пояс и при этом оружие держали над головой.На этой войне у меня был ручной пулемет Калашникова (не путать с ПК) и я был в дозоре группы и когда началась перестрелка и мы укрепились там до куда успели дойти и когда убитого Борунова донесли ребята и упали возле нас я одного из них заменил и мы почти бегом понесли его до брони и это было так тяжело так как мы несли его не на носилке а на плащ-палатке, тело не держит себя горизонтально и это при росте Борунова под два метра и мы когда мы вышли к дороге к броне я видел эти лица злорадствующих местных.Мы сдали его на бронью и вернулись к группе.Я помню эти высокие дувалы....
Цитировать
 
 
#1 Дмитрий 06.10.2011 19:27
Офигеть!
Низко кланяюсь пред вами, мои добрые ратные товарищи!
Цитировать
 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

70 ОМСБР